О судебном прецеденте. Что представляет собой судебный прецедент?

Краткий исторический обзор.
Возникновение прецедентного права связано с захватом Англии Вильгельмом I в 1066 году. После введения им общего для всей страны права возникают королевские разъездные суды, в компетенцию которых входило разрешение дел с выездом на места и от имени короны. Решения принимаются судьями на основании местных обычаев. В последующем, принятые судьями решения стали основой при рассмотрении аналогичных дел другими судебными инстанциями. Местные обычаи и обобщения практики королевских судов стали фундаментом для становления единой системы прецедентов, общей для всей Англии, которая получила название «common law» («общее право»). Признание общеобязательной силы судебного прецедента шло постепенно, обязательность судебного прецедента была выборочна: если судьи приходили к выводу, что предшествующее решение соответствует требованиям разумности, отличается качеством аргументов, то оно интегрировалось в систему действующего права, становилось судебным прецедентом.
В Средние века наибольшую конкуренцию общему праву составляло право справедливости (law of equity). В случае если кто-либо не находил защиты своих нарушенных прав в судах «общего права», он обращался к королю — источнику всех справедливостей и милостей. Петиции передавались в канцлерское отделение. Поскольку канцлер являлся «выразителем совести» короля, он видел свою задачу в осуществлении правосудия именно «по совести». При рассмотрении дел канцлер исходил из положений общего права, но не считал себя связанным ими. Канцлеры легко отходили от решений судов общего права, если, по их мнению, они противоречили праву и разуму.
Король Яков I в значительной степени способствовал разрешению конфликта между общим правом и правом справедливости. Королем был издан указ, согласно которому в случае, когда нормы «общего права» и «права справедливости» оказываются в противоречии, последние имеют преимущественное значение. Одновременно было установлено, что суд лорда-канцлера должен осуществлять правосудие в соответствии с прецедентами права справедливости, а король не должен использовать свою власть для создания новых судов, независимых от «общего права» [1]. Позже Закон о судоустройстве 1873 г. установил: в случае коллизии прецедентного права и права справедливости последнее имеет приоритет [2].
Таким образом, «наряду с нормами общего права, сложившимися в ходе деятельности Вестминстерских королевских судов, называющихся также судами общего права, английское право включает и нормы права справедливости, вносящие дополнения или поправки в нормы общего права» [3].
Окончательное формирование прецедентного права и его дальнейшая модификация происходили с середины XIX и по настоящее время. В результате судебных реформ 1873 — 1875 годов и всех последующих реформ судебной системы была создана развитая судебная система судов с определением высших судов, чьи решения имеют общеобязательное юридическое значение для нижестоящих судов.
Что представляет собой судебный прецедент?
Из приведенного выше краткого исторического обзора несложно представить сущность судебного прецедента: рассмотрев дело, суд выносит решение, которое с одной стороны, является обязательным актом для участников рассмотренного дела, а с другой стороны – обязательным при решении аналогичных дел в последующем этим же судом либо судами, равными или нижестоящими по отношению к нему. Такое решение суда, «как частный случай применения права, само по себе порождает общую j норму – становится прецедентом» [4].
Но прецедент-это не всё решение суда, а определенная его часть.
Судебный прецедент структурно делится на две части:

  1. Ratio decidendi (что в переводе с латинского означает: мотив или основа решения) – часть решения суда, излагающая нормы права, на основе которых разрешалось данное дело. Именно эта часть и будет обязательной для всех последующих решений судов при рассмотрении аналогичных дел. Тем самым формируется правовая основа, которая имеет нормативный характер и применяется не только в отношении сторон по данному делу, но и всех других лиц. Соответственно, представляет собой норму прецедентного права.
  2. Obiter dictum (что в переводе с латинского означает: попутно сказанное) – остальная часть решения, где содержатся замечания суда по вопросам, которые не входят в предмет судебного решения [5]. Оbitur dictum не имеет обязательной силы, в отличии от ratio decidendi.
    Достаточно большую сложность вызывает разграничение истинных мотивов решения от «случайно» сказанного, так как в судебном решении прямо не определено, что в нем является основным, обязательным, формирующим необходимое для разрешения дела правовое положение (ratio decidendi), а что только «попутно сказанным», обосновывающим принятое решение и лишь рекомендательным (obiter dicta). В силу чего английские авторы обращаются при рассмотрении этого вопроса к правовой доктрине, а именно к методам проф. Уэмбо (конец XIX века) и доктора Гудхарта (начало XX века).
    По мнению Уэмбо для того чтобы определить ratio decidendi конкретного судебного дела необходимо прежде сформулировать предполагаемое правоположение, на основе которого было разрешено дело, затем заменить сформулированное правоположение на противоположное по значению, после чего ответить на вопрос – «Мог ли суд, приняв такое обратное правоположение, вынести такое же решение, которое он в действительности вынес?». Если ответ отрицательный, то сформулированное правоположение является ratio, если ответ на вопрос утвердительный – то предполагаемое правоположение является лишь obiter.
    Ценность данного метода лишь в том, что он дает надежный способ определить, что является obiter dicta, то есть какое положение не является ratio.
    По методу доктора Гудхарта процесс установления ratio decidendi проходит две стадии. «Во-первых, необходимо раскрыть, какие факты дела судья, его рассмотревший, считал существенными (материальными). Факты относительно лица, времени, места, рода и суммы предполагаются несущественными, если только судья прямо не укажет о их важности для рассматриваемого дела». По мнению Р. Кросса, «на данной стадии доводы, излагаемые судьей, являются руководством, позволяющим установить, какие факты дела он считал существенными, а какие – незначительными и потому не имеющими юридического значения. В то же время зачастую необходимо знать, почему именно данные факты оказались существенными, а для этого необходимо понять, какую норму (статутного или прецедентного права) имел ввиду суд, производя отбор фактов. Во-вторых, на основе выделенных материальных фактов дела необходимо вывести правовой принцип, который и будет являться ratio decidendi. Подобный метод определения ratio decidendi путем обращения особого внимания на факты, рассмотренные судьей, имеет большую ценность, нежели метод Уэмбо, поскольку он менее узок и, значит, более приспособлен к тому, чтобы выработать правоположение, которое судья считает необходимым основанием своего решения» — отмечает Р. Кросс [4].
    Какое значение для казахстанской судебной системе может иметь прецедентное право?
    На IV заседании Международного совета при Верховном Суде Республики Казахстан, прошедшем 10 ноября 2017 года, был рассмотрен вопрос о международном опыте применения прецедентного права и перспективах его внедрения в национальное законодательство.
    Член Международного совета при Верховном Суде РК, академик НАН РК, доктор юридических наук, профессор Сулейменов М.К. высказал мнение об отсутствии оснований для введения прецедента в Казахстане, но необходимости принятия Специализированной судебной коллегией Верховного Суда РК образцово-показательных решений, «которые могли бы служить образцом для судов при вынесении решений по однотипным делам, создавать условия для того, чтобы суды сами стремились следовать выводам и обоснованиям, содержащимися в этих постановлениях» [6]. В результате Советом было одобрено предложение о повышении регулирующей роли постановлений высшего судебного органа страны, обеспечении вынесения судьями Верховного Суда образцово-показательных постановлений. Кроме того, были одобрены предложения членов Совета в части рекомендаций о предоставлении права судьям местных судов при рассмотрении дел ссылаться на вступившие в законную силу решения и постановления Верховного Суда (с возможным в последующем законодательным закреплением данного вопроса).
    Что нам это даст?
    Применяя один и тот же закон к однотипным случаям, мы должны получать аналогичные, т.е. предсказуемые решения, чтобы все, кто обращаются в суды, знали приблизительно, какой результат их ждёт. Это, в свою очередь, создает правовую определенность, предсказуемость правоприменительной практики.
    Основное значение принципа правовой определенности заключается в стабильности правового регулирования и существующих правоотношений. «Правовая определенность необходима для того, чтобы участники соответствующих отношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения, быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав и обязанностей. Данный принцип в рассматриваемом аспекте несет цель обеспечить участников соответствующих отношений возможностью точно прогнозировать результат своих действий, дает надежду, что их права будут защищены, принципы разрешения спора правоприменителем будут прогнозируемы и предсказуемы, не будут меняться от случая к случаю, а будут гарантировать стабильность» [7].
    Принцип правовой определенности является одним из фундаментальных аспектов верховенства права. В нашей стране этот принцип законодательно не закреплен, тем не менее, он исходит из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом как общеправовой критерий определенности. Ведь по сути, провозглашенное Конституцией РК равенство всех перед законом и судом может быть обеспечено лишь при условии единообразного применения норм законов.
    Вместе с тем значимость правовой определенности неоднократно подчеркивалась Президентом страны.
    Так, выступая на VII съезде судей Казахстана, Нурсултан Назарбаев поставил перед судами республики ряд задач, в число которых входит повышение уровня правовой определенности, формирование стабильной и предсказуемой судебной практики.
    А в своем послании народу Казахстана от 05 октября 2018 года «Рост благосостояния казахстанцев: повышение доходов и качества жизни» Президент подчеркнул, что «необходима понятная и предсказуемая судебная практика, особенно при спорах между бизнесом и госструктурами, а также исключение возможностей неправомерного влияния на судей» [8].
    Стабильная и предсказуемая судебная практика, когда в тождественных делах в отношении разных лиц применяется один и тот же закон, одна и та же норма права, является залогом доверия граждан к судебной власти. И в этом смысле образцово-показательные постановления, вынесенные судьями Верховного Суда, не претендуя на статус прецедента, будут играть роль некоего эталона института судебной практики. В результате чего будет создан действенный правовой механизм обеспечения одинакового применения законодательства и формирования стабильной судебной практики.

А.Жамантаева
Председатель Жанибекского
районного суда ЗКО